Командный дух как ключ к успеху

‒Тамара Павловна, вы возглавили предприятие около года назад, приехали в Глазов из Москвы. Поделитесь, пожалуйста, своим предыдущим опытом работы.

‒ Я действительно из Москвы. И это тот редкий случай, когда не из Глазова в столицу, а наоборот. Я окончила Московский авиационный институт, факультет робототехнических интеллектуальных систем летательных аппаратов. Некоторое время работала по специальности, затем десять лет в сфере IT, занималась системной интеграцией. Потом перешла в сферу энергетики, реализовала ряд достаточно крупных проектов по изготовлению, поставке, монтажу, пуско-наладке сложного технологического оборудования для нефтеперерабатывающей отрасли.

‒А стаж руководителя у вас какой?

‒ С 2000 года, сначала это были небольшие коллективы, потом крупнее, доходило до полутора тысяч человек.

‒Как вас судьба занесла в Глазов?

‒ В 2021 году переехала сюда и начала работать первым заместителем генерального директора Машиностроительного комплекса ЧМЗ. На то время у меня не было опыта работы в атомном машиностроении, а я люблю все новое, сложное, мною еще не изученное, поэтому с интересом приняла это предложение. Я понимала, что задача стоит непростая, но в силу особенностей своего характера с энтузиазмом взялась за дело.

‒Какая у вас была зона ответственности?

‒ В основном я занималась коммерческими вопросами, стояла задача увеличить выручку завода, также необходимо было наладить снабжение и оптимизировать внешнюю логистику.

‒Несмотря на преимущественно коммерческий профиль деятельности, вы наверняка хорошо ориентируетесь в производстве?

‒ Разумеется, значительный период своей карьеры я работала со сложным промышленным оборудованием, компетенции и образование позволяют разбираться в технологических нюансах, предыдущий опыт организации строительства промышленных объектов дал хорошую базу для понимания производственных процессов.

‒ А какие были главные сложности?

‒ Прежде всего, была необходима модернизация производства. Надо было сделать его более мобильным, гибким. Сегодня конъюнктура рынка требует умения очень быстро принимать решения и так же быстро меняться, адаптироваться к ситуации. Этого заводу не хватало. Надо было постепенно (я противник революций, предпочитаю эволюционный путь развития) менять и производство, и психологию сотрудников. Во вторую очередь заводу была необходима оптимизация производственных процессов и накладных расходов.

‒ Изначально МК ЧМЗ был ориентирован на проектное производство, это было предприятие, которое изготавливало нестандартное оборудование. А несколько лет назад вы запустили поточную линию по производству стеллажей для тепловыделяющих сборок и стеллажей бассейнов выдержки. Означает ли это, что такие принципиальные изменения поменяли всю концепцию производства?

‒ Мы и сегодня специализируемся на выпуске несерийного оборудования, в этом отношении ничего не поменялось. Появился новый подход к организации производства. Сейчас, например, у нас уже действует поточная линия по производству емкостного оборудования. Мы ее «обкатали» на одном из контрактов, она показала свою эффективность. Время производства сократилось вдвое от планируемого, именно потому что своевременно и правильно выстроили производственную цепочку.

Совместно с ГК «Росатом» активно внедряем и развиваем внутри предприятия Производственную систему Росатома (ПСР), с моей точки зрения, она очень продумана и позволяет существенно ускорить производственные процессы и оптимизировать расходы. Успех нашей совместной работы подтвержден на проведенных в этом году аудитах специалистами АО «Атомстройэкспорт» и АО «Концерн Титан-2».

Большой шаг вперед мы сделали в части обновления оборудования, нашего станочного парка. Приобрели новые станки с ЧПУ для механической обработки. Запустили в работу большую сварочную колонну, которая позволила сэкономить время на сварку почти в три раза. Конечно, все это потребовало значительных затрат, в 2024 году мы взяли кредит в Фонде развития промышленности, за 2025 год мы все оборудование получили, смонтировали и запустили в эксплуатацию.

‒ То есть ваши производственные мощности сегодня полностью загружены?

‒ Не совсем. Это вообще в нашем секторе рынка (производство нестандартного оборудования) сложно достижимый результат. У нас достаточно большой и разнообразный парк станочного оборудования, у каждого станка свое предназначение и даже при частичной загрузке он выполняет задачи, которые были запланированы для него изначально. При этом все станки, даже старые, мы поддерживаем в рабочем состоянии, регулярно обслуживаем, чтобы использовать при необходимости.

‒ А в управленческой сфере произошли какие-то изменения?

‒ Да, мы провели определенную оптимизацию в части персонала, это тоже было принципиальным и важным решением. Мы мотивируем сотрудников получать вторую, третью специальность. Оплачиваем обучение, а чтобы люди были в этом заинтересованы, ввели материальную стимуляцию.

Теперь мы меньшим числом людей закрываем большее количество зон, выгода очевидна. И операторы станков с ЧПУ у нас обслуживают не один станок, а несколько. Притом что эти высокопроизводительные станки мы стараемся загрузить по максимуму, берем в том числе и небольшие заказы по региону из давальческого сырья, чтобы они не простаивали.

‒ Если подытожить, насколько эти меры позволили увеличить производительность труда?

‒ В среднем по заводу ‒ на 30-40 процентов.

‒ Соответственно, продукция стала более конкурентоспособной?

‒ Да, мы теперь можем изготавливать оборудование намного быстрее. А чем короче цикл производства, тем меньше накладных расходов на единицу продукции. И если раньше завод был не в состоянии выполнять одновременно, скажем, пять-шесть сложных заказов, то теперь мы с этим справляемся.

‒ Емкостное оборудование, которое вы изготавливаете, предназначено для атомных станций?

‒ В основном да. Но мы можем изготавливать емкостное оборудование и для общепромышленного применения.

‒ Кто ваши заказчики?

‒ Основной наш заказчик ‒ Государственная корпорация «Росатом». Большая доля заказов приходится на АО «Атомстройэкспорт», АО «Концерн «Титан-2». В рамках этих контрактов мы изготавливаем оборудование для отечественных и зарубежных атомных станций. Так же есть прямые контракты ‒ например, с Калининской АЭС, с Белоярской АЭС и т.д.

Как изготовитель оборудования МК ЧМЗ участвует в строительстве исследовательской ядерной установки на базе многоцелевого исследовательского реактора на быстрых нейтронах МБИР, а также принимаем участие в проекте ГК «Росатом» «Прорыв», поставляя свое оборудование на объект с инновационным реактором на быстрых нейтронах со свинцовым теплоносителем БРЕСТ-ОД-300.

Одно из наших серьезных достижений ‒ в этом году мы получили венгерский Сертификат ядерной квалификации на изготовление оборудования для атомных станций Венгрии. Это позволяет нам осуществлять поставки на строящуюся в Венгрии АЭС «Пакш-2». На сегодня ООО «МК ЧМЗ» ‒ единственное предприятие в Удмуртии, получившее такой сертификат, и одно из немногих в России, получивших его с первого раза.

‒ Насколько это было сложно?

‒ Это серьезный процесс. Надо было подтвердить, что предприятие обладает достаточными компетенциями для изготовления оборудования, соответствующего европейским нормам, причем именно для ядерной отрасли. Венгерские коллеги и представители действующей АЭС «Пакш» провели у нас на заводе глубокий аудит, проверяли уровень подготовки производства, квалификацию сотрудников, соответствие качества сварки европейским стандартам и так далее. Особое внимание обращали на то, как работает система менеджмента качества, насколько точно и эффективно выполняются прописанные в ней регламенты. Комиссия работала у нас неделю, а подготовка к аттестации заняла более года. Хочу отметить, что все сотрудники подошли к выполнению задачи очень ответственно, проявили профессионализм и взаимовыручку. Венгерские коллеги особо отметили гостеприимную атмосферу на заводе, не обошлось и без доброжелательных шуток о том, что венгерский и удмуртский языки относятся к одной, финно-угорской языковой группе, и мы друг друга должны понимать с полуслова.

‒ То есть вы работали как команда?

‒ Именно так. И надо сказать, что создание командного духа на предприятии ‒ это тоже одна из главных задач, которые я перед собой ставила. Я сама командный игрок и сотрудников стараюсь обучить умению работать как единый организм.

‒ Для этого важно, чтобы люди доверяли друг другу…

‒ Исходя из опыта, я думала, что на достижение определенного уровня взаимного доверия у нас уйдет года два: психологию людей перестроить сложнее, чем производственные процессы. Но, к счастью, процесс развивается быстрее, чем я рассчитывала. Результатами первого года я очень довольна.

‒ Не поделитесь секретами, как сформировать работоспособную команду?

‒ У нас практически во всех подразделениях создана система мотивации. Прозрачная, понятная, оцифрованная, четко описанная в документах. Люди видят, что у них всегда есть выбор и возможность получить дополнительный доход при активной жизненной позиции и хороших результатах. Иногда я прибегаю к точечной мотивации: допустим, нужно ускорить какой-то проект, тогда я в привязке к графику обозначаю определенные дополнительные стимулы.

Очень важно при такой системе быть честной с сотрудниками. Если пообещал ‒ ты не можешь обмануть. Все, что описано в мотивации, должно обязательно исполняться. И правила должны быть едины для всех. Поощрение должно быть заслуженным, как и порицание. Не важно, как ты лично относишься к сотруднику. Возможно, ты знаешь и понимаешь, что конкретная неудача ‒ всего лишь случайность, досадная ошибка, но никаких поблажек быть не может. Система строгая, но честная и справедливая. И если ты честно относишься к работникам, то и они отвечают доверием и готовностью трудиться с полной отдачей. А еще никогда нельзя забывать о простом человеческом спасибо за работу. Признание заслуг, озвученное вслух, очень важно для любого члена команды.

‒ Как одно из крупных предприятий Глазова МК ЧМЗ наверняка несет немалую социальную нагрузку?

‒ Безусловно, в этом мы равняемся на градообразующее предприятие, АО Чепецкий механический завод, который активно участвует в общественной жизни Глазова, очень много для города делает. Мы, конечно, не располагаем такими же возможностями, но для меня помощь городу ‒ вопрос принципиальный, всегда стараюсь реагировать на просьбы, обращения. Конечно, мы максимально задействуем свои производственные возможности ‒ если надо что-то сварить, изготовить, сделаем обязательно, все на безвозмездной основе.

В вопросах социального обеспечения сотрудников мы тоже ориентируемся на АО ЧМЗ. Есть внушительный соцпакет, коллективный договор, наша профсоюзная организация входит в состав профсоюзной организации АО ЧМЗ. Мы оплачиваем путевки в детские лагеря, проводим праздничные мероприятия, оказываем помощь в случае рождения или усыновления детей, выхода на пенсию, поддерживаем семьи участников СВО ‒ делаем все, чтобы люди чувствовали себя защищенными.

‒ Сколько у вас сотрудников на предприятии?

‒ На сегодня 475 человек.

‒ Вы полностью укомплектованы кадрами?

‒ Нет, дефицит кадров есть, как почти везде в последнее время. Сейчас, например, остро не хватает квалифицированных мастеров. Никогда не ставим на стоп подбор инженерно-технических кадров, таких как инженер-конструктор, инженер-технолог. Набираем не только из Глазова ‒ ищем по всей республике и за ее пределами. У нас есть сотрудники, переехавшие из Воткинска, из Ижевска, Уфы и Екатеринбурга. Помогаем ценным специалистам с переездом, с проживанием. Активно внедряем программу наставничества и адаптации для новых сотрудников.

‒ А какой у человека стимул переезжать и устраиваться на МК ЧМЗ?

‒ У нас помимо соцпакета очень конкурентные зарплаты, выше, чем в среднем по отрасли. Кроме того, как я уже говорила, предлагаем возможность дообучения, тратим на это немалые средства. Плюс стабильность, прекрасный коллектив, отличные возможности для профессионального и карьерного роста, интересные проекты. Город Глазов активно развивается и сам по себе становится одной из причин, по которой люди принимают решение о переезде. Плюсов достаточно.

‒ Общие экономические сложности последних лет вас как-то затронули?

‒ Несмотря на серьезную контрактную базу ‒ сейчас она составляет около 22 млрд рублей ‒ мы испытываем дефицит оборотных средств, это связано с нестабильностью оплат за поставленное оборудование. Высокая ключевая ставка прошлого периода тоже дала о себе знать: у нас производственный цикл изготовления оборудования длинный, мы вынуждены кредитоваться, и те проценты, которые приходилось и приходится платить за кредит, негативно отражаются на прибыли.

‒ То есть вы не ограничиваетесь кредитами ФРП?

‒ Нет, мы постоянно используем банковские кредиты. Сейчас активно сотрудничаем с ижевским Датабанком ‒ я считаю, что в первую очередь надо кооперироваться именно с партнерами из Удмуртии. По-моему, это правильно, когда внутри региона предприятия поддерживают друг друга.

‒ Удалось ли вам договориться о привлекательных условиях сотрудничества?

‒ Да. Один из плюсов взаимодействия именно с местным банком, а не с федеральными гигантами, в том, что он более гибкий, все решения принимаются быстро. Сейчас мы ведем переговоры о переводе в Датабанк зарплатного проекта, за счет этого рассчитываем получить льготную кредитную ставку.

‒ Как у вас складываются отношения с вашим старшим партнером, АО ЧМЗ?

‒ Взаимодействуем очень тесно. Мы же их бывшая «дочка», даже находимся на их территории, арендуя площади. Можно сказать, плоть от плоти, кровь от крови. Активно принимаем участие в новых проектах, в 2025 году заключили контракт на поставку оборудования для нового производственного направления АО ЧМЗ. Стабильно на протяжении длительного времени изготавливаем оснастку для производственных нужд. Стараемся оперативно реагировать на потребности АО ЧМЗ, всегда готовы прийти на помощь.

Я очень благодарна Сергею Владимировичу Чинейкину, он не раз помогал мне в трудных ситуациях, с которыми одной было не справиться, подставлял крепкое мужское плечо.

‒ Раз уж мы затронули эту тему… Видеть в кресле руководителя машиностроительного предприятия женщину приятно, но очень необычно. Это означает для вас какие-то дополнительные сложности?

‒ Я уже привыкла, что партнеры испытывают от этого некоторое удивление. Но не могу сказать, что это мешает работе ‒ рано или поздно, в процессе общения, люди понимают, что на делах это не отражается, меняют отношение.

Возможно, в каких-то ситуациях женщинам бывает сложнее в мужском бизнесе. Но при этом у нас есть и бесспорные преимущества.

РЕКЛАМА