• 21 мая 2019 12:39
  • 211

Конверсия-45

Конверсия-45
После окончания Второй мировой войны крупносерийное производство вооружений на несколько лет потеряло актуальность, и перед ведущими державами встала глобальная цель – перековать мечи на орала. Конверсионные процессы в СССР и США сильно различались по своему характеру. Штатам было достаточно вернуться к выпуску мирной продукции, по которой рынки настолько истосковались, что готовы были проглотить все, что разрабатывалось еще до войны. А СССР пришлось решать сразу несколько гигантских задач, связанных с необходимостью импортозамещения, модернизации промышленности и обеспечения технологического прорыва.

Конверсия по-американски

Послевоенная конверсия в США была масштабной, но заключалась по большей части в том, что заводы, переведенные на военное производство в 1941-1942 годы, возвращались к выпуску мирной продукции. На первых этапах, как правило, это были довоенные образцы, с которыми фирмы выходили на уже знакомые им рынки. За четыре года в стране накопился достаточно большой отложенный спрос. Что главное, он был платежеспособным. Поставка военной продукции союзникам способствовала колоссальному обогащению США.

Золотой запас страны с 1937-го по 1947 год вырос вдвое – с 12,8 млрд до 24,4 млрд долларов, что составляло более 70% мировых запасов. А Бреттон-Вудское соглашение, заключенное в 1944 году, превратило доллар в мировую резервную валюту. Все это стало хорошей подпоркой для конверсии, которая прошла без особых затруднений.

В 1946 году промышленное производство в США уменьшилось, но уже на следующий год начало расти и вскоре превысило довоенный уровень.

Большую поддержку конверсии оказывала правительственная политика стимулирования частных капиталовложений с помощью налоговых и других рычагов. Государство финансировало и некоторые программы, например, по профессиональной подготовке и переквалификации персонала.

Поскольку переход на выпуск гражданской продукции был обусловлен, прежде всего, рыночными факторами, американские компании быстро увеличивали ее долю, при этом постоянно расширяя ассортимент. А зависимость от военных заказов и без этого была не так уж и высока. В США для предприятий ВПК было характерно то, что компетенции, которые применялись ими в разработке вооружений, носили локальный характер. Производством военной техники были заняты только специализированные подразделения. Поэтому при снижении заказа речь шла не о переустройстве всего предприятия или компании, а о конверсии только этих подразделений.

Позднее, во времена президентства Джона Кеннеди, в США был принят закон, согласно которому фирмы, способные производить вооружение, загружались военными заказами в пределах не более 30% от объема выпускаемой продукции. Это был фактический ответ на призыв его предшественника Дуйата Эйзенхауэра, который покидал президентский пост со словами: «Бойтесь военно-промышленного комплекса, бойтесь его силы, поскольку она не имеет никаких сдерживающих начал и оказывает влияние на всю общественную жизнь». Эта готовность к диверсификации, заложенная в американском ВПК изначально, сыграла положительную роль и после Холодной войны.

Есть ли недостатки у этого подхода? Конечно есть, и все они вытекают из капиталистической парадигмы. Главный – развитие возможно только в условиях расширения рынка.

Сталинская конверсия началась еще в конце войны. Ее задачей было обеспечить восстановление народного хозяйства и удовлетворить потребность населения в товарах народного потребления.

От войны к миру

За время существования Советского Союза оборонно-промышленный комплекс СССР пережил четыре конверсии: после Гражданской войны, после Великой Отечественной войны, во времена Никиты Хрущева и на закате советской власти при Михаиле Горбачеве. Как отмечается в докладе Экспертного совета председателя коллегии ВПК РФ, посвященного диверсификации ОПК, самой крупной и впечатляющей по результатам была та, что получила название сталинской.

Сталинская конверсия началась еще в конце войны. Ее задачей было обеспечить восстановление народного хозяйства и удовлетворить потребность населения в товарах народного потребления.

А люди нуждались во всем. Во время войны 60% валового внутреннего продукта страны направлялось на нужды обороны. 70% промышленной продукции имело прямое или косвенное отношение к обеспечению боеспособности. За годы войны изготовили столько оружия, что его хватило еще на десять лет. Поэтому после Победы все серийные заводы, которые производили вооружение, военную технику и боеприпасы, практически остановились. Нужно было загружать их гражданской продукцией.

Конверсия военной промышленности в СССР шла неравномерно. Некоторые отрасли начали ее раньше других. Например, промышленность боеприпасов уже в 1944 году сокращала количество задействованных предприятий, людей и оборудования, перенаправляя их на невоенные задачи. В мае-июне 1945 года преобразования приняли еще более масштабный характер.

17 мая 1945 года было принято постановление ГКО № 8650сс «О плане производства и поставки НКО СССР и Наркомвоенфлоту боеприпасов на июнь и июль 1945 года». Этим постановлением резко уменьшили объемы плановых заданий по производству боеприпасов – от 30% до 97% по разным позициям. Через 9 дней И.В. Сталин принял уточняющее решение. В постановлении ГКО № 8804сс от 26 мая 1945 года «О мероприятиях по перестройке промышленности в связи с сокращением производства боеприпасов» планы по отдельным позициям были снижены еще на несколько десятков процентов.

Предусматривалось прекращение производства элементов боеприпасов на большинстве предприятий, не относящихся к наркомату боеприпасов.

В 1944 году производство боеприпасов составляло 19,9% валовой продукции промышленности, и почти половину его обеспечивали предприятия, не относящиеся к промышленности боеприпасов. Тем самым высвобождались значительные производственные мощности металлообрабатывающей промышленности, дававшие почти 10% валового производства. Постановление обязывало руководителей промышленных наркоматов в пятидневный срок представить в Совнарком и Госплан свои соображения по использованию высвободившихся мощностей для производства гражданской продукции, выпуск которой предполагалось начать уже в III квартале 1945 года.

Многие из серийных заводов Наркомата вооружений и Наркомата боеприпасов перешли в Наркомат промышленности средств связи, который являлся предшественником Министерства радиотехнической промышленности. Нового капитального строительства это министерство практически не вело – все создавалось на базе действующих заводов.

А вот в танковой и авиационной промышленности ситуация отличалась – летом 1945 года плановые задания по производству танков и боевых самолетов сохранялись в прежнем объеме. Об увеличении объемов речь уже не шла, но и масштабных действий по перестройке этих отраслей не предполагалась. Иногда ГКО давал им отдельные поручения, связанные с гражданским производством, но это были разовые задания, при выполнении которых военные мощности выступали, скорее, в роли удобного инструмента для решения тактических задач.

Общая направленность после-военной модернизации совпадала с процессами, запущенными в ходе индустриализации1930-х годов. Но условия уже были другими.

Комплексные решения

В конце августа 1945-го принимается ряд крайне важных для последующего конверсионного процесса постановлений ГКО. Фактически это были первые примеры принятия продуманных комплексных конверсионных планов, охватывающих работу целых отраслей. Примером нового подхода может служить постановление ГКО от 26 августа 1945 года «Об обеспечении угольной промышленности горно-шахтным, транспортным и обогатительным оборудованием, а также строительными механизмами в 1945-1946 гг.»

В преамбуле постановления было сказано: «Государственный комитет обороны отмечает, что существующий уровень механизации угольных шахт совершенно недостаточен и не обеспечивает выполнения задач, стоящих перед угольной промышленностью в деле восстановления Донбасса и дальнейшего развития добычи угля. Несмотря на рост производства в годы войны горно-шахтного оборудования на заводах Наркомугля, количество механизмов по выемке угля, транспортировке, обогащению, погрузо-разгрузочным работам в угольной промышленности уменьшилось по сравнению с довоенным, в результате чего на угольных шахтах возросло применение ручного труда. В связи с этим Государственный комитет обороны считает необходимым организовать производство оборудования, требуемого для дальнейшего развития угольной промышленности на заводах Наркомтанкопрома, Наркомвооружения, Наркомбоеприпасов, Наркомминвооружений, Наркомтяжмаша, Наркомсредмаша, Наркомавиапрома и Наркомэлектропрома».

Далее предусматривалось развернуть работы, которые должны были радикально модернизировать угольную промышленность и привести к значительному росту производительности труда. Особое место в этих планах уделялось Наркомату танковой промышленности. Его предприятия должны были начать подготовку к производству целого ряда новых типов оборудования: экскаваторов с ковшом емкостью 3 кубометра, электровозов, породопогрузочных, врубово-навалочных, углепогрузочных машин.

Освоение нового производства планировалось проводить постепенно. Развертывание его на полную мощность было намечено на 1947 год. Причем в планах были как копии машин иностранного производства, так и оборудование, разработанное в СССР. С выполнением этого плана предполагалось полностью изменить облик угольной отрасли.

Окончательно планы конверсии были сформированы в четвертом пятилетнем плане развития народного хозяйства (1946-1950 гг.). Ряд военно-промышленных ведомств переименовали. В октябре 1945 года Наркомат танковой промышленности был преобразован в Наркомат транспортного машиностроения. В феврале 1946-го Наркомат минометного вооружения – в Наркомат машиностроения и приборостроения, а на базе Наркомата боеприпасов и ряда других структур возник Наркомат сельскохозяйственного машиностроения. Законом СССР от 15 марта 1946 года наркоматы были преобразованы в министерства.

Большинство оборонных ведомств должны были переключиться на производство гражданской продукции. Мощности Министерства вооружения намечалось использовать для изготовления подъемно-транспортного оборудования, оптико-механических приборов, оборудования для нефтяной и химической промышленности. Минавиапром должен был освоить производство энергетического оборудования, автобусов, мотоциклов. Бывший наркомат боеприпасов осваивал производство сельскохозяйственных машин.

Министерство транспортного машиностроения развернуло производство паровозов, тепловозов, вагонов, не забывая также о тракторах и другом важном оборудовании. Единственным исключением стала судостроительная отрасль, которой предписывалось компенсировать значительное сокращение производства боевых кораблей в годы войны.

В результате принятых мер уже к концу 1948 года оборонно-промышленный комплекс сократил выпуск продукции военного назначения практически в десять раз.

Конверсия = революция

Благодаря конверсии создавались условия для модернизации промышленности, поскольку в большинстве случаев происходил не возврат к образцам изделий, которые выпускались до 1941 года, а шло освоение новых типов и модификаций оборудования. И эти изменения часто носили революционный характер.

Например, знаменитый Горьковский завод № 92, который произвел за годы войны пушек больше, чем вся промышленность гитлеровской Германии, полностью перешел на производство оборудования для химической и атомной промышленности.

Общая направленность послевоенной модернизации совпадала с процессами, запущенными в ходе индустриализации 1930-х годов. Но условия уже были другими. Из-за резкого ухудшения взаимоотношений с западными странами и начала Холодной войны почти полностью прекратилось легальное техническое сотрудничество, значительно сузились контакты между научными сообществами СССР и зарубежных стран. Технологическое заимствование извне, которое было одним из условий успешной модернизации, было сильно затруднено, новые технологии приходилось добывать нелегальным путем. Поэтому некоторые механизмы модернизации пришлось менять.

Сужение сотрудничества до определенного момента компенсировалось использованием технических достижений побежденной Германии в форме репараций (изъятие высокотехнологичного оборудования), изучения технической документации и привлечения к отдельным работам немецких специалистов. Но в силу своего временного характера эти заимствования не могли быть полноценной основой для технической модернизации.

В качестве главной опоры модернизационной политики мог использоваться только собственный научно-технический потенциал. Поэтому не случайно в своем выступлении перед избирателями 9 февраля 1946 года И.В. Сталин сказал, что при выполнении нового пятилетнего плана особое внимание будет обращено на «широкое строительство всякого рода научно-исследовательских институтов, могущих дать возможность науке развернуть свои силы.

Я не сомневаюсь, что, если окажем должную помощь нашим ученым, они сумеют не только догнать, но и превзойти в ближайшее время все достижения науки за пределами нашей страны». Схожие идеи высказывал председатель Госплана СССР Н.А. Вознесенский. Выступая на сессии Верховного Совета СССР с докладом о плане послевоенной пятилетки, в числе пяти основных задач он указал на необходимость «обеспечить дальнейший технический прогресс во всех отраслях народного хозяйства СССР как условие мощного подъема производства и повышения производительности труда. Для этого необходимо не только догнать, но и превзойти за ближайшее время достижения науки за пределами СССР».

Примеры модернизации

На просторах Союза можно было найти множество примеров того, как конверсия приводила к радикальным модернизационным изменениям.

Главной конверсионной продукцией завода № 75, который в годы войны был эвакуирован из Харькова в Челябинск, где выпускал танковые дизели, стали тепловозы.

Эксперименты с тепловозами проводились в СССР еще в довоенный период. Они были выпущены небольшой серией на Коломенском заводе и использовались в Средней Азии, где железные дороги шли через пустыню, и способность тепловоза, в отличие от паровоза, обходиться без постоянной дозаправки водой была особенно актуальна.

В декабре 1945 года завод № 75 получил в свое распоряжение американский тепловоз RSD-1 из небольшой серии, поставленной из США во время войны. Было дано указание его скопировать. Началось изучение изделия и разработка чертежей. Самой сложной частью оказался дизельный двигатель, который получил в СССР обозначение Д50. Для производства дизеля потребовалось разработать и освоить ряд новых технологий. Труднее всего далось изготовление стального коленчатого вала, который ковался из 12-тонных заготовок. Значительное количество заготовок браковалось, пока не был найден оптимальный режим термообработки. Другими сложными деталями оказались впускной и выпускной клапаны. Эта проблема решилась только после того, как был разработан техпроцесс производства клапанов методом штамповки на горизонтально-ковочной машине. Новой для советских конструкторов оказалась конструкция регулятора частоты вращения. Потребовалось освоить и производство сложных чугунных отливок: рамы дизеля, блока, корпусов насосов и т.д. Кроме того, было освоено кокильное литье поршней из нового сплава алюминия ПС-12. Первый дизель Д50 был изготовлен в декабре 1946 года, а в марте 1947-го построили первый тепловоз серии ТЭ1. Дизель оказался очень надежным, хотя и относительно маломощным (1000 л.с.), поэтому оснащенные им тепловозы не могли стать полноценной заменой магистральных паровозов – паровая машина самого мощного советского паровоза ИС развивала до 3200 л.с.

Тем не менее важнейшие шаги были сделаны, опыт накапливался. И в 1956 году началось производство тепловозов ТЭ3 мощностью 4000 л.с., которые положили конец эпохе доминирования паровозов на советских железных дорогах.

Другой пример – конверсия Уральского машиностроительного завода. В начале 1944 года на предприятии была создана «группа завтрашнего дня», перед которой поставили задачу подготовки к переходу на мирную продукцию. Не дожидаясь, пока Москва разработает новый план, группа готовила свои предложения. Будущая конверсия открывала коллективу уникальные возможности самостоятельно определить будущее своего завода.

До войны основной специализацией предприятия было производство металлургического оборудования. В послевоенный период оно должно было возобновиться. Вместе с тем руководству завода хотелось использовать полученный во время войны опыт серийного производства техники и сохранить новое оборудование, которое не вписывалось в довоенную производственную структуру, когда на заводе производилось 457 типоразмеров различных машин. Необходимо было сосредоточиться на более узкой номенклатуре, отдавая предпочтение достаточно сложной и в то же время относительно массовой продукции.

По совету наркома танковой промышленности В.А. Малышева на заводе занялись установками глубокого бурения, которые в СССР не производились. В начале 1945 года работники УЗТМ ознакомились с работой буровых установок в Баку, после чего начали готовить собственный проект. Нашлась и другая подходящая продукция – мощные экскаваторы для добычи угля и руды, которые до войны тоже закупались за рубежом. На заводе началось проектирование скального экскаватора СЭ-3. Гражданская продукция УЗТМ позволила советской топливной промышленности повысить производительность труда и значительно увеличить добычу нефти и угля.

Прорыв обеспечен

Оценивая результаты сталинской конверсии в целом, необходимо отметить, что советскому руководству удалось найти сбалансированный путь ускоренного модернизационного развития. В этот период оно добилось успешного сочетания технологической модернизации промышленности, опирающейся, в первую очередь, на достижения отечественной науки и образования (как, впрочем, и на «трофейные» немецкие технологии). Именно в этот период СССР вступил в завершающую фазу индустриальной модернизации. Окончательно сформировалась индустриально развитая экономика, опирающаяся на собственную научную базу.

В результате принятых мер уже к концу 1948 года оборонно-промышленный комплекс сократил выпуск продукции военного назначения практически в десять раз. Танковые заводы стали выпускать тракторы, паровозы, вагоны. Артиллерийские – переведены на производство экскаваторов, прессов, буровых установок, прокатных станов. Соответствующие изменения произошли и в легкой промышленности. Для подготовки и переподготовки кадров по всей стране были организованы курсы по повышению квалификации или обучению новым специальностям. А темпы экономического роста в 1950-е годы, как отмечают эксперты, были самыми высокими в истории страны – в среднем 8-9% годового прироста валовой промышленной продукции. Промышленный ВВП страны за 1950-е был практически удвоен.

На структуре бюджета СССР конверсия сказалась следующим образом: если в 1940 году расходы на Вооруженные силы, по официальным данным, составляли 32,5% бюджета, а в 1944-м они увеличились до 52%, то уже в 1946 году доля военных расходов уменьшилась до 23,9%, а в 1947-м – до 18%.

Причем эта конверсия была переходом на качественно новый уровень, к новым высокотехнологичным отраслям, а не просто к выпуску гражданской продукции. Были созданы принципиально новые производства, которые обеспечили стране научный и технологический прорыв в новую атомно-космическую эру. Вот только спустя 45 лет плоды этого прорыва попали в совсем недружественные руки.

Автор: Серей Савинов

---------------------------------------------------------------------

Реклама

Как ни крути, а реклама есть и будет двигателем торговли. Если вам нужна наружная реклама, обратитесь в агентство IQ. Мы разместим вашу рекламу в местам отдыха, где в основном пребывает элитная публика.