• 07 августа 2019 13:13
  • 366
  • Время прочтения: 5 мин

День в истории: открытие Нижегородской ярмарки и «закон о трех колосках»

День в истории: открытие Нижегородской ярмарки и «закон о трех колосках»
7 августа 1817 года открылась крупнейшая в стране Нижегородская ярмарка – витрина достижений русского капитализма и вершина устремлений российской власти, косвенно защищающей и укрепляющей купеческое сословие и частное предпринимательство. А 7 августа 1932 года вышел так называемый «закон о трех колосках», защищающий от посягательств уже общественную (де-факто государственную) собственность. 115 лет, разделяющие эти, казалось бы, мало связанные с точки зрения логики события, не отражают пропасти в отношении к собственности и рынку в нашей стране.

«Карман России»

Русская торговля на главной артерии Восточной равнины – Волге - началась еще в первой половине XIII века на Арском поле близ Казани. Тогда дивиденды от торговли получало контролирующее ее Казанское ханство. В 1524 году Василий III запретил русским купцам ездить в Казань, воспользовавшись фактом разграбления их татарами, и учредил русскую ярмарку в Васильсурске.

Правда, пограничный характер города и постоянная опасность татарских набегов не способствовали бурному развитию торговли.

Благоприятные условия для русской предпринимательской активности в регионе сложились лишь после покорения Казанского ханства в 1552 году, и вскоре после этого на середине волжского пути была открыта Макарьевская ярмарка (названа по месту нахождения у обители Св. Макария). В 1666 году на ярмарке уже можно было заметить даже иностранных купцов. В начале XVII века привоз товаров достигал 80 тыс., во второй половине XVII века — 490 тыс., а к концу XVII века — 30 млн рублей. В то время в Макарьеве располагалось 1 400 ярмарочных помещений. Кроме того, купечеством было построено еще 1 800 лавок. Казна Российской империи получила от найма лавок в 1790 году 15 тыс. рублей, а в 1810 году — до 120 тыс.

16 августа 1816 года пожар уничтожил гостиный двор (кроме каменного корпуса) со всеми временными балаганами. Пожар произошел уже после окончания торгов (концом торга считался праздник Медового Спаса, то есть — 1 августа). Убыток составил свыше 2 млн рублей. Власть задумалась о переносе ярмарки на другое место, так как у монастыря была довольно ограниченная площадь, которой уже не хватало, да и берег постоянно размывался Волгой. Новым местом был выбран Нижний Новгород.

Ради постройки нового экономического центра Александр I отложил постройку Зимнего дворца, перенаправив предназначенные на это средства на строительство новой ярмарки. Были разработаны уникальные архитектура и инфраструктура, даже санитарно-технические сооружения вроде сводчатой канализации.15 февраля 1817 года началось строительство, которое длилось 4 года. Но торги начались уже 7 августа на недостроенной ярмарке.

Нижегородская ярмарка в XIX веке.

Ярмарка носила неофициальный статус «кармана России» и была широко известна за рубежом, в отдельные периоды становясь крупнейшей ярмаркой Европы. Постройка в 1851 году железной дороги практически утроила количество завозимых товаров. В 1860-х годах нижегородский купец Э. Шмит установил на территории ярмарки 650 фонарей, а к 1885 году появилось электрическое освещение зданий, а впоследствии и улиц. В 1870 году на ярмарке были построены водопровод и фонтаны перед Спасским собором и Главным домом. Также была сооружена водонапорная башня.

Нижегородская ярмарка с птичьего полета. Хромолитография. 1896 г.

В 1880—1890 годах на территории ярмарки открылись филиалы крупнейших банков России: Государственного, Сибирского торгового, Казанского купеческого, Волжско-Камского коммерческого, Московского торгового, Московского купеческого, Московского Азовского и Московского торгово-промышленного товарищества.

После начала Первой мировой войны и особенно после установления Советской власти начался постепенный упадок ярмарки. Кратковременный расцвет в период НЭПа сменился закрытием ярмарки в 1929 году.

Главный Ярмарочный дом. Нижний Новгород, наши дни.

«Закон о трех колосках»

7 августа 1932 года Совет народных комиссаров совместно с ЦИК СССР принял постановление, ужесточающие ответственность за хищение социалистической собственности.

Имущество колхозов и кооперативов (в том числе урожай на полях), а также перевозимые грузы приравнивались к государственному имуществу. Его хищение (даже колосков с поля) каралось «высшей мерой социальной защиты» – расстрелом с конфискацией всего имущества. При наличии смягчающих обстоятельств преступники могли быть приговорены к лишению свободы на срок не ниже 10 лет с конфискацией. Акты амнистии к расхитителям социалистической собственности не применялись.

Понятые во дворе крестьянина при поиске хлеба в одном из сел Гришинского района Донецкой области.

В народе это постановление также именовали «указ 7-8» (по числу и месяцу его принятия). Именно под таким названием оно стало известно и советскому зрителю благодаря телефильму «Место встречи изменить нельзя», поставленному по роману братьев Вайнеров «Эра милосердия». Капитан Жеглов обещал («шил») 10 лет лагерей Ручникову, взятому при краже шубы английского посла, за которую дирекция Большого театра (то есть государство) должна была бы выплачивать компенсацию.

Интересно, что в июле 1936 года генпрокурор СССР А. Я. Вышинский подготовил докладную записку с крайне занимательной статисткой: прокуратура СССР проверила 115 тыс. приговоров, вынесенных по "указу «7-8», и более чем в 91 тыс. случаев применение этого указа было признано неправильным и преступным. На основании этих проверок Вышинский в 1936 году предлагал реабилитировать 37 тыс. незаконно осужденных человек (всего по этому закону в 1932—1939 гг. было осуждено 183 тыс. человек). Эти 37 тыс. человек были освобождены, а 91 тыс. приговоров переквалифицированы на другие статьи.

Два разных исторических события, произошедших в один день с интервалом в 115 лет, два абсолютно разнонаправленных продукта политической воли в абсолютно разных политических условиях привели к разным историческим последствиям. Удивительно, что оба решения, по-разному упорядочивавшие ту или иную сферу российской или советской действительности, в долгосрочной перспективе одинаково не помогли удержать государственность и сохранить существующий режим, то есть не выполнили свою главную функцию.