2017

Олег Гринько: «Я меняюcь, и страна начинает меняться с меня»

Олег Гринько – человек, который не укладывается в голове. С одной стороны, он глубоко встроен в систему. Устанешь перечислять структуры, в которых он задействован: управляющие компании, советы директоров нескольких государственных акционерных обществ, Экспертный совет при Правительстве РФ, Российско-Китайский деловой совет, лидер проектов и инициатив Агентства стратегических инициатив (АСИ) при Президенте России и т.д. и т.п.
С другой стороны, Олег Гринько явно не тот человек, которого устраивает текущее положение дел и состояние «здоровья» этой системы. Он будто преобразовывает ее изнутри, пока не закостенела. Или пересобирает на ходу, чтобы увести ее куда-то в будущее, где уже обитают он сам и ему подобные.

– Олег, вы один из разработчиков форсайт-методики. С чего и для чего это вообще началось и во что выросло? Для чего это нужно вам – человеку, которому и без того жилось и живется вполне себе хорошо и сыто?

– Эта история имеет давние корни. Перед тем как стартовал проект АСИ, жили-были и дружили нормальные городские неравнодушные. Думали о будущем, о возможностях менять и формировать личное и общее будущее, о роли и задачах образования, придумывали концепции, ездили на международные научные и практические конференции и выставки, искали то, чего не бывает и невозможно сделать. Но при этом строго требовали с себя максимального уровня профессионализма и ответственности за слова и дела. Искали способы согласования отношений в сообществах и формирования страновых договоренностей по самым важным и актуальным вопросам. Из этих усилий и родился прототип технологии и методики, положенный в основу «Форсайт-флота» – методология Rapid Foresight. Методика быстрого форсайта для кораблей была изобретена Дмитрием Песковым и Павлом Лукша, а позже разрабатывалась и реализовывалась совместно с Георгием Белозеровым, Максимом Комаровым, и я тоже принял посильное участие.

Rapid Foresight – это достраивание и «допиливание» элитарных, доступных только избранным, технологий мышления и деятельности, для разворачивания, передачи этих технологий каждому желающему. И это вполне оправдано, потому что в будущем много сюжетов принадлежит не избранным, а каждому человеку, который вдруг совпал со временем.

Когда делали первый форсайт, нам говорили, что все это чушь, что нужны эксперты, профессионалы. Думаю, те, кто так высказывался, просто забыли, что такие привычные сегодня термины и понятия, как производственничество и дизайн, появились 100 лет назад вместе с авангардом, футуризмом, конструктивизмом. Именно тогда мир развернулся в другую сторону – повернулся лицом к человеку-пользователю, который начал применять возможности промышленности по своему усмотрению – была создана потребительская экономика. И сегодня хвост вертит собакой – потребители вертят экономикой. Не могу сказать, плохо это или хорошо, но это так.

Пять лет форсайт-корабли и флотилии направляла команда АСИ. Но год назад было принято решение, что больше не будем заниматься этим сами – отдадим каждому, кто захочет взять, а себе оставим кураторство в рамках проекта АСИ под названием «Навигация». Регионы, которые подали заявки, то есть преодолели барьер неверия в свои силы – «я вряд ли это сделаю», попали к нам в руки, а мы оказались в их руках. И люди ушли от неверия в себя и сделали то, чего не делали никогда раньше. Это самая большая ценность. В жизни есть только люди и люди определяют все. Когда-то Владимир Высоцкий пел о вершинах и горах, на которых ты никогда не бывал. А я считаю, что важнее люди, которых ты еще не встречал. Именно поэтому от сытой жизни куда-то идешь, бежишь, едешь, летишь… к людям и тем самым живешь.

– Вы являетесь еще и координатором Школы активизации гражданственности (ШАГ). Какие у нее задачи?

– Этому проекту я уделяю много времени. ШАГ – это методология и практика организации коллективных процессов, в которых задействованы люди из разных групп (жители райцентров, работники органов самоуправления, сотрудники корпораций), решившие заниматься делами в своих регионах совместно. ШАГ занимается и образом будущего, и образом настоящего, и тем, как из одного попасть в другое. Но главное в школе – возрождение коллективных способов жизни. Не колхозов, это важно. Школа всегда для того, чтобы учиться. А ШАГ – это формат, где можно и учить, и учиться. Это главное отличие. И есть нехарактерная практика: школа в любом случае помогает каждому.

Первые вопросы, которые задает ШАГ: «кто такой Я?», «как могу описать себя себе самому?», «куда еду и лечу?». Второй вопрос: «А кто такой Ты?», то есть тот, кто рядом. Дальше: «Кто такие Мы?». Вот у нас есть «Мы», а кто «Мы» – просто в баре пиво пьем или бок о бок живем и жизнь друг другу портим или, наоборот, украшаем? Следующее – то, что касается «Всех». Где «Я» и где «Все»? Люди сложно проходят эти вопросы. Но вторая половина еще сложнее: «Что такое Мое?», «Что такое Твое?», «Что такое Наше?», «Что такое Общее и Всеобщее?».

Понятие «гражданин» неотделимо от понятия «государство» и в, первую очередь, подразумевает набор отношений, в котором все рассматривают себя как сограждан, государство, державу и Родину. Школа об этом.

– Как выходит, что когда вы за что-то беретесь, у вас это получается, даже если мало кто верит? Вот начали вы заниматься темой Китая и дошли до того, что китайцы признали ваш журнал «Китай.ру» лучшим зарубежным изданием о Китае.

– И узнали об этом совершенно неожиданным для нас образом, кстати. Но не в этом суть. В 2004 году было заявлено о развороте российской политики в сторону стратегического партнерства с Китаем. Был собран пул экспертов, продуманы стартовые мероприятия. На 2005-2006 годы запланировали глобальные межстрановые культурные проекты «Год России в Китае» и «Год Китая в России». Президент холдинга «Группа ИМА» Андрей Гнатюк стал инициатором. Была собрана большая группа междисциплинарных экспертов и китаеведов. И мы вместе работали над их концепцией. Тогда же мы – Бронислав Виногродский и я – запустили журнал «Китай.ру» об истории, культуре, традициях и философии этой страны. А потом выяснилось, что Госсовет КНР ведет мониторинг публикаций о Китае и что наш журнал занял первое место. На встрече с китайскими властями нас спросили: «Зачем вы это делаете? Рекламы в журнале практически нет. Политической позиции вы не заявляете. Ваша цель?». Я пошутил, что Россия и Китай – это страны, которые находятся рядом, но забор непонимания между ними высок, и мы фактически не видим лиц и глаз друг друга. Завтра этот забор упадет либо закончится, если долго идти вдоль него, и мы, увидев друг друга, можем испугаться. Очень хочется, чтобы этот страх был коротким. Они такие же люди, как и мы: глубокие, с прекрасной поэзией, прекрасной литературой, романтикой, сказками, музыкой. Нам хотелось это вытащить и показать. А в части вопроса о том, что и почему удается, все просто – случайности и совпадения. Бери свое – не берись за чужое.

– Вопрос немного в сторону: с чего посоветуете начать бизнес в Китае?

– Я бы посоветовал его не начинать – ни в Китае, ни с Китаем, а начинать с китайскими партнерами, если повезет таких найти. А если серьезно, начинать можно только после того, как ты получишь знание об особенности этого места и достигнешь понимания ценности. Если ты способен привнести в Китай ценность, которую ты не продаешь, а несешь в себе, то она превратит твои дела, услуги, товары в неизбежно качественный продукт.

И самый главный совет – учиться. Я бы начал с того, что поехал в Китай и поработал в той отрасли или сфере, в которой хочу заниматься бизнесом с ними или у них.

– А как же электронные площадки? Они-то безлики.

– Это же не бизнес в Китае. Это виртуальный бизнес. Это вообще новый уклад и новая экономическая культура. Причем во всем. Рынок шаг за шагом превращается в совершенно другую конструкцию, при этом возникает цифровой мир, где культура, язык, нормы, правила другие. Хотя это очень непростой вопрос. И в виртуале, конечно, проявляются национальные черты и особенности национального поведения. Возьмите площадку «Алибаба», которая лидирует на рынке электронной торговли в России. Рынок, люди, покупатели – наши, но китайцы доминируют, и пока они быстрее в этом вопросе. Скрестить Китай и виртуальные миры – серьезная задачка. Тот, кто ее решит, станет властелином мира.

– Вы директор по стратегическим коммуникациям УК «Сберинвест», управляющей 12 фондами, в том числе венчурными, среди которых «Наномет», сформированный совместно с «Роснано». Это бизнес, который невозможен без умения заглянуть в будущее. На чем сегодня фиксируется этот взгляд? С точки зрения бизнеса, конечно.

– Я вышел из компании «Сберинвест» почти три года назад и отдал свою долю партнерам. Но важно другое, я перестал быть бизнесменом. Понял, что бизнес не то, что мне необходимо. Более того, я научился отделять дела от бизнеса и начал понимать, что такое дело. Дело – это другое, причем не только в том, что говоришь. В бизнесе формула «деньги – товар – деньги плюс» программирует нас оставаться в определенных рамках: не важны деньги, не важны товары, а важны только «деньги плюс». Стремление к «деньгам плюс» – скользкая штука. Я все время вспоминаю, как ребенком читал «Незнайку на Луне» и до колик смеялся над лунатиками, которые определяли свою жизнь фунтиками и сантиками – они же за эти сантики-фунтики друг друга пользуют и изводят. Став взрослым, я об этом забыл. А недавно вдруг понял, что «рублики» и «еврики» – все та же песня. Деньги важны, они обязательно должны быть в жизни, но надо поменять к ним отношение. То есть перестать делать деньги и начать делать дело. Нужно смотреть на процесс не с точки зрения урожайности пшеницы и количества удобрений и гербицидов на гектар, а с позиций плодородия почв, чистоты воды и воздуха, потребления продуктов. И это актуальная в глобальном плане модель. В мире половина продуктов питания выбрасывается на помойку. Но так уж устроены логистика и весь бизнес-цикл, что продукты становятся хуже и дороже, землям наносится урон. А если посмотреть на отдаленные последствия, потом ни за какие деньги не вернешь ни плодородные земли, ни чистую воду. Где-то мы заигрались в этот бизнес.

– И что теперь делать?

– Страну менять!

– С каким горизонтом планирования?

– Мой горизонт – вечность. Нет смысла ограничивать себя цифрами – их выбираешь по поводу и по случаю. И я уверен – на то, чтобы «захалявить», перестать двигаться, а потом умереть и не беспокоиться, ни у кого шансов нет. Придется отвечать за все, это точно. За все дела отцов и дедов. И отвечать придется и нам, и нашим детям, и внукам. Поэтому горизонт планирования развернут и в прошлое, и в будущее. История непредсказуема, а Россия – одна из стран с самым непредсказуемым прошлым. Каждая коррекция власти в современной мировой политике порождает структуру управления социальными процессами, которая, в первую очередь, переписывает историю, оправдывая свое поведение и «личные» несовершенства, ошибки, просчеты и глобальные претензии к себе и миру предпосылками исторического характера. Мы видим, как переименовываются улицы, рушатся памятники, переписывается история. И базис в том, чтобы человек осознанно понял, что это происходит, что и будущее, и прошлое меняется здесь и сейчас. Для меня ответ однозначен, горизонт планирования – вечность.

– А для государства?

– Как минимум три поколения, это не менее 60 лет. Важно планировать идеологическое и проектное состояние, то есть умственно-чувственные переживания людей. Важно планировать предметы, товары, продукты, проекты. Эта трехслойность требует своего типа мышления. Идеальное недостижимо и иррационально и поэтому вечно. И без этой вечности никак нельзя, потому что человек вдруг совершает необъяснимый поступок, вплоть до того, что отдает жизнь, и это нельзя объяснить никакой нормой этики и тем более выгодой или механической счетной функцией. Это иррациональное поведение труднообъяснимо на уровне биологического субъекта. Здесь же рядом находится идеальное, то, чего никогда не достигнешь, но к чему все время стремишься – это обязано быть. Есть длинный горизонт – это твоя жизнь от рождения до смерти – то, что можно ухватить, присвоить умом и чувствами, что можно усвоить и пережить. И вот здесь начинается проектирование. И очень важно, чтобы проектируя себя, ты себя не обманывал и понимал, правда ли можешь думать про всю жизнь, в которой есть родители и дети, братья и сестры, жены и мужья, близкие и далекие друзья и родственники. Если да, то нужно задуматься про внуков и правнуков или признаться, что это для тебя слова. Правда ли можешь максимально заботиться о своих предках, до которых дотянулся, и выстроить себя в эту сторону, или нет. И если ответил на этот вопрос, можно начинать думать о проектировании других дел, потому что тогда появляется место для близких и далеких людей, и ты в состоянии построить свой мир. А если этого нет, ты всегда как шарик для пинг-понга – кто ловчее владеет ракеткой, тот тебя и пинает.

– Мир охватывает цифровизация: роботы замещают человека не только функционально, но развиваются и в сторону искусственного интеллекта, начинают самообучаться, принимать решения. Какова роль человека в этом цифровом мире?

– Роль и место человека в мире определяет сам человек. Роль – это всегда набор из прав, обязанностей и ответственности. Готов ли человек определить свою роль – это базовая история. Мы видим в сегодняшнем мире такой сюжет: человеку нельзя доверять, и вообще без блокчейна никуда, человек не способен быть таким же, как искусственный интеллект, и это правда. К тому же раз человеку нельзя доверять и у него не так много способностей, надо потихоньку изъять у него право на попытку и ошибку. Человек в этом месте расслабляется и говорит: «Здорово!». И отказывается от этого права: прекращает водить автомобиль, появляется робот-хирург и прочее. И вроде бы все это хорошо. Но тогда где же человеку учиться быть человеком?

В технологиях я вижу одну-единственную угрозу: человек, освободившись от дел, начнет деградировать. Сами по себе технологии вряд ли угрожают, они просто подходят все ближе и ближе и говорят: «Не напрягайся, посмотри вот как красиво, изящно, безопасно мы с этой ситуацией разберемся». Возникает развилка, и сейчас время выбора, в какую сторону сделать шаг, не знаю всеобщего рецепта и ищу, как правильно выбрать свое верное решение? Ведь нам действительно хочется не напрягаться…

– Чем заниматься человеку, если он будет жить 150 лет, а за него все будут делать роботы?

– Это очень сложный вопрос, и он имеет четкий ответ – ежедневным превосходством над собой. Этот стремящийся в космос, к звездам, в глубины, внутрь себя, в свое внутреннее совершенство человек проявляется только там, где ежедневно превосходит себя. Выпиливать по дереву, выращивать помидоры, наводить порядок в доме – все это он будет делать, как свой личный проект, направленный на постоянное самосовершенствование. Это утопия, конечно же, но шансы есть…

– Вы реализуете программы в рамках дорожных карт НТИ: являетесь лидером проектного офиса «Превентивная медицина» «Хелснета» и соруководителем «Энерджинета». Государство готово доверить частнику медицину и вторую ГОЭЛРО?


– Я думаю, что нет. Но в нашем государстве есть такая старая классическая фраза: «Нужно уметь жить долго». Тогда можно дождаться, что оно у тебя о чем-то спросит. Но здесь есть оборотная сторона: я отношусь к государству, как «государство – это мы». А раз это «мы», то мы должны быть просто готовы, а обстоятельства просто сложатся. В превентивной медицине уже сейчас раскрыты все возможности, но очень сложно идет кооперация. Владельцы компаний, технологий и методик сами не в состоянии реализовать в целом какие-то сюжеты и не хотят кооперироваться. Все время пытаются выделить какой-то хуторок и что-то там порешать. Но это нормально, так везде.

В энергетике все еще более интересно, потому что замысел о ее реформе впервые пришел не из отрасли, а извне, с площадки Агентства стратегических инициатив. А формат серьезный: и правительство задействовано, и президент поручение дал. Поэтому я очень надеюсь, что энергетическая отрасль этого не испугается, а отнесется к «Энерджинет» как к своему шансу. К шансу договориться всем со всеми о совместном будущем. Раньше все изменения в энергетике происходили примерно так: формировалась команда, которая говорила, что модернизирует отрасль. Безусловно, это было инструментом перераспределения влияния, причем влияния в целом: идеологического, управленческого, технологического, организационного, финансового. То есть кто-то строил свой образ будущего, но не согласовывал с другими и не был готов принимать их в свою картину мира. Конечно, все остальные, кто не был в этой команде, разворачивали свои позиции к наступлению и либо саботировали, либо не мешали, но ничего не делали, а часто прямо противодействовали.

– А сейчас вам будут транснациональные компании противодействовать…

– Собственно говоря, базовая инновационная технология любого крупного государства, в том числе Российской Федерации, это армия, флот и ядерное ракетное вооружение. Поэтому, я надеюсь, нас бомбить не будут. Со всем остальным справимся.

– Закончим еще одной темой – «Форсайт-флота», более чем связанной с будущим. Для чего нужна программа изменения мышления детей?


– Нужно дать детям возможность думать. И это очень серьезный момент, потому что ребенок формируется к 5-6 годам. Родителям нужно показать, как, не тратя дополнительного времени и энергии, а используя свое внимание и волю, не упаковать ребенка в клетку, а создать другой способ взаимодействия с ними и миром. Это несложно, просто нужно играть. Родители разучились играть с детьми. То же время, те же места, те же обстоятельства нужно помещать в пространство игры и поле взаимодействия. Вместо окрика или шлепка поиграйте с ним.

Изменение поведения и есть изменение мышления. А дальше уже более сложные вещи, когда ребенок начинает включаться, понимать свое «я», осознавать, что он смотрит на мир сквозь глаза, а не глазами. Многие вещи надо давать не в виде объяснения, а в виде образов, не требующих объяснений. Это просто. Когда доехал до сложного, превратить сложное в простое легко. Я знаю, как это сделать, и готов помочь тому, кто захочет вложить в это свою жизнь.

Зачем это надо мне? Я страну меняю, а страна начинает меняться с меня. Значит, я обязан, меняя страну, понимать многие направления. А иначе как? Это просто. Я же не шучу, я играю. Играю в изменение страны, а ставка – моя жизнь. Такие ставки надо делать с ответственностью. Вот я и к этому отношусь ответственно.

Елена Корепанова

Набережная: звезда первой величины для инвесторов?!>>>


Комментировать




Андрей Безруков: "Сейчас мы имеем дело с «больной империей»"

...

Олег Гринько: «Я меняюcь, и страна начинает меняться с меня»

...

Тамара Казанская: "Под запрет на продажу могут попасть около 70% земельных участков в Удмуртии"

...

Виктор Уланов: «Начинать надо с возврата доверия граждан»

...

Яндекс.Метрика
www.izhevskinfo.ru
Купол
Полиграф
Пресс-Тайм
Управление Госэкспертизы
Разработка сайта - "Мифорс" / Дизайн-студия "Мухина"